?

Log in

No account? Create an account

October 15th, 2017

Фрагмент.
Сибирь, после расстрела Колчака.

"Трупы лежали штабелями. Через две сажени в землю были вбиты высокие колья, и между ними — трупы. Свозили их сюда на платформах; были трупы заледеневшие, покрытые седоватой пленкой, точно жидким блинным тестом. Часто пишут о мертвых глазах, а по-моему, тяжелее всего смотреть на руки. Возможно, оттого, что мы видим мертвых одетыми, а там они были голые, с пепельным налетом на остро выпиравших костях. Тела лежали неровно, скрюченно и к кольям спиной.

Когда я шел к своему вагону, мимо в снега бежала собака, похожая на лисицу. В зубах у нее — голень с выеденной до кости, промерзшей икрой. Мягкая морозная тошнота на секунду овладела мной в вагоне. Машинистка печатала уже приказ о мобилизации подвод. Солнце по-весеннему нагревало клавиши машинки.

Read more...Collapse )

Размышления

Пафос довольно слабой книги В. Астафьева "Прокляты и убиты" я понимаю, принимаю и разделяю. За грех братоубийства и стяжания чужого богатства Господь карает.
Но удивительна вера эмигрантов 20-х в то, что они сберегут в катакомбах "светы" русской культуры и все возродится.
Что характерно, в 50-е, у тех, кто дожил, такой веры уже не было. Например, у Адамовича. Особенно после того, как за границу стали приезжать некоторые "советские" деятели культуры.
Я не говорю о тех, кто поверил большевикам и вернулся, как Вертинский. Я говорю как раз о тех, кто понимал, что возвращаться некуда, не к кому и незачем.
Если уж Есенин в начале 20-х был в своей стране "словно иностранец"...
Я тут прочла в интервью у ныне, увы, покойного, Вячеслава Иванова, что, по его мнению, наш президент не короновался только потому, что побоялся. И мне кажется, Иванов в этом прав. Но вот если б П. набрался смелости и это сделал, была б реституция? Или все же нет?
Или вообще у нас сейчас в России другой человек живет, уже не русский, а нечто иное? Русско-советское? И все реституции-реставрации, даже процентов на 20, абсолютно невозможны и бессмысленны?
Но тогда надо признать, что с правом частной собственности у нас так и будет всякая ерунда твориться. Иванов ориентировался в аналогиях на французскую революцию, но там первая реставрация, пусть и не совсем полноценная, произошла через 25 лет после революции. Это ведь небольшой срок.